Утраченная вечность

Вход на сайт
Логин
Пароль
 
Навигация по сайту
Опрос на сайте
Календарь
«    Сентябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

Популярные статьи
» Плетнев Александр - Адмиралы Арктики (Аудиокнига)
» Текшин Антон - Волшебство Не Вызывает Привыкания. Книга ...
» Мамлеева Наталья - Жена правителя Подземного царства (А ...
» Михалкова Елена - Призрак в кривом зеркале (Аудиокнига)
» Дойл Артур Конан - Сумеречная межа (Аудиокнига)
» Синтезов Евгений - Судьба Еросы из «Клана Печора». Книг ...
» Риггз Ренсом - Библиотека душ. Нет выхода из дома стран ...
» Алиев Али - Леший (Аудиокнига)
» Грэм Макрей Барнет - Его кровавый проект (Аудиокнига)
» Свадковский Алексей - Игра Хаоса. Судья Богов (Аудиокни ...

Облако тегов
Архив новостей
Сентябрь 2019 (67)
Август 2019 (267)
Июль 2019 (440)
Июнь 2019 (371)
Май 2019 (378)
Апрель 2019 (424)

Реклама

Bestseller
Рекламный блок

Клифорд Саймак - Утраченная вечность Клифорд Саймак
# Г иной шрифт
~ Г italic

C. D. Simak №Eternity Lost¤, The Second Astounding SF Anthology, Four Square Book, London, 1965.
К. Д. Саймак №Кольцо вокруг солнца¤, ЗФ, М., Мир, 1982.
пер. Олег Битов


Утраченная вечность

#М-р Ривз. По моему убеждению, возникшая ситуация требует разработки хорошо продуманной системы мер, препятствующих тому, чтобы продление жизни попало в зависимость от политических или каких-либо иных влиятельных организаций.
Председательствующий м-р Леонард. Вы опасаетесь, что продление жизни может стать средством политического шантажа?
М-р Ривз. И не только этого, сэр. Я опасаюсь, что организации начнут продлевать сверх разумных пределов жизнь отдельным деятелям старшего поколения лишь потому, что такие фигуры нужны ради престижа, ради того, чтобы организация сохраняла вес в глазах общественного мнения.#
~Из стенографического отчета о заседаниях подкомиссии по делам науки комиссии по социальному развитию при Всемирной палате представителей.~

Посетители явились неспроста. Сенатор Гомер Леонард чувствовал, как они нервничают, сидя у него в кабинете и потягивая его выдержанное виски. Они толковали о том о сем по обыкновению своему с многозначительным видом, но ходили вокруг да около того единственного разговора, с которым пришли. Они кружили, как охотничьи собаки подле енота, выжидая удобного случая, подбираясь к теме исподтишка, чтобы она, едва выдастся повод, всплыла как бы экспромтом, словно только что вспомнилась, словно они добивались встречи с сенатором вовсе не ради этой единственной цели.
№Странно¤, Г подумал сенатор. Ведь он знаком с ними обоими давным-давно. И их знакомство с ним ничуть не короче. Не должно бы оставаться ничего, просто ничего такого, что они постеснялись бы сказать ему напрямик. В прошлом они, обсуждая с ним его политические дела, не раз бывали прямолинейны до жестокости.
№Наверное, скверные новости из Америки¤, Г решил он. Но и скверные новости для него тоже отнюдь не новость. №В конце концов, Г философски поучал он себя, Г никто, если он в здравом уме, не вправе рассчитывать, что пробудет на выборной должности вечно. Рано или поздно придет день, когда избиратели Г просто со скуки, если не подвернется других причин, Г проголосуют против того, кто служил им верой и правдой¤. И сенатор был достаточно честен с самим собой, чтобы признать, хотя бы в глубине души, что подчас не служил избирателям ни верой, ни правдой.
№И все равно, Г решил он, Г я еще не повержен. До выборов еще несколько месяцев, и в запасе есть еще парочка трюков, каких я раньше не пробовал, парочка свеженьких уловок, чтобы сохранить за собой сенаторское кресло. Стоит лишь точно рассчитать время и место удара, и победа не уплывет из рук. Точный расчет, Г сказал он себе, Г вот и все, что от меня требуется¤.
Крупный, неповоротливый, он спокойно утонул. в кресле и на какое-то мгновение прикрыл глаза, чтоб не видеть ни комнаты, ни солнечного света за окном. №Точный расчет¤, Г повторил он про себя. Да, точный расчет и еще знание людей, умение слышать пульс общественного мнения, способность угадывать наперед, к чему избиратель склонится с течением времени, Г вот компоненты тактического мастерства. Угадывать наперед, обгонять избирателей в выводах, чтобы через неделю, через месяц, через год они твердили друг другу: №Послушай, Билл, а ведь старый сенатор Леонард оказался прав! Помнишь, что он заявил на прошлой неделе Г или месяц, или год назад Г в Женеве? Вот именно, будто в воду глядел. Такого старого лиса, как Леонард, не проведешь...¤
Он чуть приподнял веки, чтобы дать посетителям понять, что они не смеживались, а лишь оставались все время полуприкрыты. Это было неучтиво и просто глупо Г закрывать глаза на виду у посетителей. Они могли вообразить, что ему не интересно. Или воспользоваться случаем и перерезать ему глотку.
№Все потому, что я опять старею, Г сказал себе сенатор. Г Старею и впадаю в дрему. Но соображаю я четко, как никогда. Да, сэр, Г повторил сенатор, беседуя сам с собой, Г соображаю я четко, и голыми руками меня не возьмешь¤.
По напряженному выражению лиц посетителей сенатор понял что они наконец решились вымолвить то, с чем явились к нему. Они примеривались, принюхивались Г не помогло. Теперь приходится хочешь не хочешь выложить карты на стол.
Г Есть одно дело, Г сказал Александр Джиббс, Г одна проблема, вставшая перед нашей организацией уже довольно давно. Мы надеялись, что все утрясется и обстоятельства позволят нам не привлекать к ней вашего внимания, сенатор. Однако позавчера на заседании исполнительного комитета в Нью-Йорке принято решение довести суть дела до вашего сведения.
№Плохо, Г подумал сенатор, Г даже хуже, чем мне представлялось, раз Джиббс заговорил в такой окольной манере¤.
Помогать гонцам сенатор по стал. Он невозмутимо откинулся в кресле, твердой рукой сжимая стакан с виски, и не спрашивал, о чем речь, словно ему это было совершенно безразлично. Джиббс слегка запнулся, потом выдавил из себя:
Г Дело касается лично вас, сенатор.
Г Продления вашей жизни, Г выпалил Эндрю Скотт.
Воцарилась неловкая тишина, все трое были потрясены, и Скотт в том числе: ему не следовало бы называть вещи своими именами. В политике ни к чему идти напролом, куда удобнее выбирать уклончивые, нечеткие формулировки.
Г Понятно, Г произнес сенатор в конце концов. Г Организация полагает, что избиратели предпочли бы видеть меня обычным человеком, которому суждено умереть обычной смертью.
Джиббс кое-как стер с лица выражение растерянности.
Г Простые люди, Г объявил он, Г не любят тех, кто живет дольше предначертанного природой.
Г Особенно, Г перебил сенатор, Г тех, кто ничем не заслужил подобной чести.
Г Я не ставил вопрос так резко, Г запротестовал Джиббс.
Г Может, и нет,Г согласился сенатор. Г Но в какую бы форму вы его ни облекли, в виду-то вы имели именно это.
Кабинетные кресла вдруг стали казаться чертовски жесткими, Г а в окна по-прежнему било яркое солнце Женевы.
Г Итак, Г сказал сенатор, Г организация пришла к выводу, что делать ставку на меня более не стоит, и решила не возобновлять ходатайства о продлении моей жизни. Таков смысл того, что вам поручено мне сообщить.
№С тем же успехом можно и не тянуть волынку, Г подумал он мрачно. Г Теперь, когда все окончательно прояснилось, что толочь воду в ступе¤.
Г Да, сенатор, примерно так, Г согласился Скотт.
Г Именно так, Г подтвердил Джиббс.
Сенатор оторвал отяжелевшее тело от кресла, потянулся за бутылкой виски, наполнил стаканы.
Г Вы огласили смертный приговор с большим искусством, Г сказал он. Г За это следует выпить.
№Интересно, Г мелькнула мысль, Г а чего они ждали? Что я паду перед ними на колени? Или примусь крушить мебель в кабинете? Или стану проклинать тех, кто их послал?..¤
№Марионетки, Г подумалось ему. Г Мальчики на побегушках. Глупенькие мальчики на побегушках, перепуганные до ужаса...¤
Посетители пили виски, не сводя с него глаз. и он сотрясался от беззвучного хохота, представляя себе, как горек для них сейчас каждый глоток.

#Председательствующий м-р Леонард. Значит, мистер Чэпмен, вы согласны с другими ораторами в том, что никому не должно быть дано права просить о продлении жизни для себя лично, что такое продление может иметь место лишь по ходатайству третьих лиц и что...
М-р Чэпмен. Продление жизни должно рассматриваться как дар общества тем индивидуумам, деяния которых весомо облагодетельствовали человечество в целом.
Председательствующий м-р Леонард. Весьма удачно сказано, сэр.#
~Из стенографического отчета о заседаниях подкомиссии по делам науки комиссии по социальному развитию при Всемирной палате представителей.~

В приемной Института продления жизни сенатор неспешно погрузился в кресло, устроился поудобнее, развернул свежий номер №Норт америкэн трибюн¤.
Заголовок первой колонки гласил, что, по данным Всемирной коммерческой палаты, мировая торговля развивается нормально. Далее следовало подробное изложение доклада секретаря палаты. Вторая колонка начиналась с ехидного сообщения в рамочке: на Марсе, возможно, обнаружена новая форма жизни, но, поскольку обнаружил ее астронавт, пьяный более обыкновенного, к его заверениям отнеслись с изрядной долей скептицизма. Ниже рамки был помещен список мальчиков и девочек Г чемпионов здоровья, отобранных Финляндией для участия в предстоящем всемирном конкурсе здоровья. Третья колонка излагала последние сплетни о самой богатой женщине мира.
А четвертую колонку венчал вопрос:

КАКАЯ УЧАСТЬ ПОСТИГЛА Д-РА КАРСОНА?
СМЕРТЬ ДОКУМЕНТАЛЬНО НЕ ДОКАЗАНА

Заметив, что под колонкой стоит подпись Г Энсон Ли, сенатор сухо усмехнулся. Опять этот Ли что-то затеял. Вечно он что-нибудь пронюхает, выудит какой-нибудь фактик, и уж можете не сомневаться, что фактик этот кому-то встанет поперек горла. Ли неумолим, как стальной капкан, не дай бог, если такой вцепится именно в вас.
Что далеко ходить за примерами Г достаточно вспомнить историю с космическим фрахтом.
№Энсон Ли, Г изрек сенатор про себя, Г паразит. Самый настоящий паразит¤.
Но доктор Карсон Г кто такой доктор Карсон?
Сенатор вступил в невинную тихую игру с самим собой Г постараться сообразить, кому принадлежит это имя, сообразить до того, как заглянуть в текст.
Доктор Карсон...
№Ну конечно, Г обрадовался сенатор, Г помню! Только это было давным-давно. Биохимик или что-то в том же роде. Весьма незаурядный человек. Ставил какие-то опыты с колониями почвенных бактерий, выращивал их для каких-то медицинских надобностей.
Да, да, Г повторил сенатор, Г весьма незаурядный человек. Меня с ним даже знакомили. Правда, я не понял и половины того, о чем он толковал тогда. Но это было давно. Лет сто назад. Лет сто назад Г а может, много больше¤.
Г Значит, господи прости, Г воскликнул сенатор, Г он же должен быть одним из нас!..
Сенатор поник головой, газета выскользнула у него из рук и упала на пол. Вздрогнув, он выпрямился. №Ну вот опять, Г упрекнул он себя. Г Задремал. Опять подкрадывается старость...¤
Он сидел в кресле, сидел очень спокойно и очень тихо, как испуганный ребенок, не желающий признаваться, что он испуган, а мыслями все отчетливее завладевали давние, давние кошмары. №Слишком поздно, Г упрекал он себя. Г Я слишком долго тянул, куда дольше, чем следовало. Ждал, что организация возобновит ходатайство, и дождался, что она передумала. Вышвырнула меня за борт. Покинула меня как раз тогда, когда я сильнее всего нуждался в ней¤.
№Смертный приговор¤, Г так сказал он у себя в кабинете, и это был действительно смертный приговор: долго он теперь не протянет. У него теперь почти не осталось времени. А ему нужно время на то, чтобы предпринять какие-то шаги, чтобы хотя бы придумать, что предпринять. Нужно действовать, действовать с величайшей осторожностью и ни при каких обстоятельствах не поскользнуться. Иначе Г кара, ужасная, жесточайшая кара.
Г Доктор Смит вас примет, Г сообщила секретарша.
Г Что? Г встрепенулся сенатор.
Г Вы хотели видеть доктора Дейну Смита, Г напомнила секретарша. Г Он согласен вас принять.
Г Благодарю вас, мисс, Г сказал сенатор. Г Я что-то слегка задремал.
Он тяжело поднялся на ноги.
Г Вот сюда, в эту дверь, Г подсказала секретарша.
Г Сам знаю, Г пробормотал сенатор раздраженно. Г Знаю. Бывал здесь не раз и не два.
Доктор Смит встретил его как почетного гостя.
Г Располагайтесь, сенатор, Г пригласил он. Г Хотите выпить? Тогда, быть может, сигару? Что привело вас ко мне?
Сенатор не торопился отвечать, устраиваясь в кресле. Удовлетворенно хмыкнув, отрезал кончик сигары, перекатил ее из одного уголка рта в другой.
Г Да просто зашел без особого повода. Шел мимо и решил заглянуть. Давно и искренне интересуюсь вашей работой. Всегда интересовался. Ведь я связан с вами с самого начала.
Директор института кивнул.
Г Да, я знаю. Вы проводили самые первые обсуждения кодекса продления жизни.
Сенатор усмехнулся.
Г Тогда все казалось легко и просто. Конечно, были какие-то сложности, и мы не уклонялись от них, а боролись с ними, как могли.
Г Вы справились со своей задачей удивительно хорошо, Г заявил директор. Г Кодекс, выработанный вами пять веков назад, настолько справедлив, что его никто никогда не оспаривал. Отдельные поправки, внесенные позже, касаются второстепенных деталей, которые вы никак не могли предусмотреть.
Г Однако дело слишком затянулось, Г заметил сенатор.
Лицо директора приобрело жесткое выражение.
Г Не понимаю вас.
Сенатор зажег сигару, сосредоточив на этом процессе все свое внимание, старательно окуная ее кончик в огонь, чтобы табак занялся ровно. Затем поерзал в кресле, устраиваясь еще прочнее.
Г Видите ли, Г произнес, он. Г Мы полагали, что продление жизни явится первым шагом, первым робким шажком к бессмертию. Мы разрабатывали кодекс как временную меру, необходимую на тот период, пока наука не добьется бессмертия Г не для избранных, для всех. Мы рассматривали тех немногих, кому даруется продление жизни, как служителей человечества, которые помогут приблизить день, когда оно обретет бессмертие Г не отдельные люди, все человечество в целом.
Г С этим и сегодня никто не спорит, Г холодно откликнулся доктор Смит.
Г Однако люди теряют терпение.
Г И очень плохо. Все, что от них требуется, немного подождать.
Г Как представители человечества они готовы ждать сколько угодно. Но не как отдельные личности.
Г Не понимаю, к чему вы клоните, сенатор.
Г Да, наверное, ни к чему не клоню. В последние годы я частенько обсуждал сам с собой правомерность принятого нами решения. Продление жизни без бессмертия Г это бочка с динамитом. Заставьте людей ждать слишком долго Г и она взорвет всю мировую систему.
Г Что вы предлагаете, сенатор?
Г Ничего. Боюсь, что мне нечего предложить. Но мне нередко сдается, что лучше было бы играть с людьми в открытую, знакомить их со всеми результатами поисков и исследований. Держать их в курсе всех событий. Информированный человек Г разумный человек.
Директор не отвечал, и сенатор ощутил, как тягостный холод уверенности капля за каплей просачивается в подсознание.
№Смиту все известно, Г понял сенатор. Г Ему известно, что организация решила не возобновлять ходатайства. Ему известно, что я мертвец. Ему известно, что мне почти крышка и помощи от меня больше ждать не приходится, Г и он вычеркнул меня из своих расчетов. Смит не скажет мне ничего. Тем более не скажет того, что я хочу знать¤.
Но ни один мускул не дрогнул у сенатора на лице Г этого он себе не позволил. Его лицо не предаст его. Оно прошло слишком долгую выучку.
Г А ответ существует, Г произнес сенатор. И всегда существовал. Ответ на любой вопрос о бессмертии. Бессмертия не может быть, пока нет жизненного пространства. Пространства, достаточного, чтобы отселить всех лишних, и чтоб его было больше, чем нам понадобится во веки веков, и чтоб его можно было еще расширить в случае нужды.
Доктор Смит снова кивнул.
Г Вы правы, это ответ. Единственный, какой я могу вам дать. Г Он помолчал и добавил. Г Разрешите, сенатор, заверить вас в одном. Как только корабли Межзвездного поиска обнаружат жизненное пространство, мы подарим людям бессмертие.
Сенатор выбрался из кресла и встал Г твердо, не качаясь.
Г Приятно было услышать это от вас, доктор. Ваше мнение очень обнадеживает. Благодарю вас за длительную беседу.
Выйдя на улицу, он сказал себе с горечью:
№У них оно уже есть. Они открыли секрет бессмертия. Теперь они ждут только жизненного пространства Г и дождутся в ближайшие сто лет. Ближайшие сто лет решат и эту проблему, иначе просто не может быть...
Еще сто лет, Г повторил он себе, Г еще одно-единственное продление, и я остался бы жить навсегда¤.

#М-р Эндрюс. Мы обязаны четко отделить продление жизни от отношений купли-продажи, Нельзя позволить тому, у кого есть деньги, покупать себе дополнительные годы жизни Г ни путем прямых денежных выплат, ни используя свое финансовое влияние, в то время как другие обречены умереть естественной смертью лишь потому, что они бедны.
Председательствующий м-р Леонард. Но разве кто-нибудь ставит эти положения под сомнение?
М-р Эндрюс, Тем не менее надо подчеркивать их снова и снова. Продление жизни ни при каких обстоятельствах не должно стать товаром, который можно купить в определенной лавке Г столько-то долларов за каждый добавочный год.#
~Из стенографического отчета о заседаниях подкомиссии по делам науки комиссии во социальному развитию при Всемирной палате представителей.~

Сидя за шахматной доской, сенатор притворялся, что решает задачу. Притворялся, потому что мысли его были заняты отнюдь не шахматами.
Итак, они знают секрет бессмертия, знают, но выжидают, сохраняя в тайне до поры, когда будут уверены, что в распоряжении человечества есть достаточное жизненное пространство. Причем это держится в тайне и от народа, и от правительства, и от тех ученых Г мужчин и женщин, Г что поколение за поколением тратят свои жизни на поиски давно открытого.
Да, сомнений нет: Смит не просто обнадеживал, он был уверен в том, что говорит. №Как только корабли Межзвездного поиска, Г заявил он, Г обнаружат жизненное пространство, мы подарим людям бессмертие¤. И это означает, что бессмертие у них в кармане. Ведь его нельзя предсказать. Нельзя заранее определить, что секрет будет найден в нужный момент. Уверенность такого рода можно испытывать только в том случае, если он уже есть.
Сенатор сделал ход слоном и тут же увидел, что ход неверен. Он медленно вернул слона на прежнее место.
Жизненное пространство Г вот ключ, и не всякое пространство, а экономически замкнутое, способное обеспечить людей пищей и сырьем, в особенности пищей. Ведь если бы речь шла просто о жизненном пространстве, то пространством в этом смысле человечество располагает. Взять хотя бы Марс, Венеру, спутники Юпитера. Но ни один из этих миров не может существовать самостоятельно. И потому не решает проблемы.
Остановка только за жизненным пространством, и ста лет с лихвой хватит на то, чтобы его обнаружить. Еще сто лет Г и каждый, кем бы он ни был, вступит во владение благом бессмертия, доступным всему человечеству.
№Еще одно продление даст мне эти сто лет, Г сказал сенатор, беседуя сам с собой. Г Сто лет, и даже с запасом, ведь на сей раз я стал бы щадить себя. Я вел бы более праведную жизнь. Ел бы в меру, отказался бы от спиртного, от курева и от охоты за женщинами¤.
Разумеется, есть способы добиться своего. Их не может не быть. И он их отыщет, поскольку знает все ходы и выходы. Недаром же он провел в сенате пятьсот лет Г для него не осталось тайн. Иначе он просто-напросто столько не продержался бы.
Мысленно он принялся перебирать возможности, оценивая их одну за другой.
#ВОЗМОЖНОСТЬ ПЕРВАЯ:# устроить разрешение на продление жизни кому-то еще, а потом заставить этого кого-то передать разрешение ему, сенатору Леонарду. Обойдется, конечно, недешево, да что поделаешь. Надо найти кого-то, кому можно довериться, и вполне вероятно, что довериться до такой степени нельзя никому. Продление жизни, прямо скажем, Г не та поблажка, от которой легко отказаться. Нормальный человек, получив разрешение, его уже не отдаст.
Впрочем, если разобраться, из этого, наверное, вообще ничего не выйдет. Ведь есть еще и юридическая сторона дела. Продление жизни Г дар общества одному конкретному человеку, лично ему и никому другому. Разрешение нельзя передать. Его нельзя рассматривать как юридическую собственность. Оно не может быть предметом владения. Его нельзя ни купить, ни продать, следовательно, передать его также нельзя.
Однако если тот, кому даровано продление, умрет, прежде чем воспользуется разрешением, Г умрет, конечно же, естественной смертью, и чтобы ее естественность не вызывала ни малейших сомнений, Г тогда, быть может... Да нет, все равно ничего не получится. Раз продление жизни нельзя рассматривать как собственность, оно не есть часть состояния. Его нельзя унаследовать. Разрешение, по всей вероятности, подлежит автоматическому возврату ходатайствовавшей организации.
Г Ну что ж,Г сказал себе сенатор,Г вычеркнем этот путь как бесперспективный.
#ВОЗМОЖНОСТЬ ВТОРАЯ:# съездить в Нью-Йорк и поговорить с ответственным секретарем организации. В конце концов Джиббс и Скотт Г всего-навсего посыльные. Они выполняют чужие приказы, передают волю власть имущих, не более того. Если бы потолковать с кем-либо из боссов...
№Нет, Г осадил себя сенатор, Г не строй воздушных замков. Организация вышвырнула тебя за борт. По-видимому, боссы выжали из Института продления жизни все, что только посмели, нахватали разрешений больше, чем могли надеяться. Теперь они уже ни на что претендовать не могут, и мое разрешение понадобилось им для кого-то еще Г для кого-то, кто идет на подъем и способен привлечь избирателей.
А я Г сказал себе сенатор, Г отживший свое старый лис. Хотя и хитрый лис, и опасный, если загонят в угол, и увертливый Г как-никак пять столетий на виду у публики прожиты недаром.
Пять столетий, Г заметил сенатор мимоходом, Г срок достаточно долгий, чтобы не питать иллюзий, даже по отношению к самому себе.
Нет, решил сенатор, Г этому не бывать. Я перестану уважать себя, если поползу на коленях в Нью-йорк, Г уж, видит бог, я сумел бы перенести унижение, но все же не такое. Я никогда не ползал на коленях и сейчас не поползу Г даже во имя добавочной сотни лет и прыжка к бессмертию.
Вычеркнем и этот путь, Г приказал себе сенатор.
#ВОЗМОЖНОСТЬ ТРЕТЬЯ:# А что если подкупить кого-нибудь?
Из всех возможностей эта представлялась самой надежной. Всегда найдется кто-то, кого можно купить, и еще кто-то, согласный выступить посредником. Естественно, что член Всемирного сената может ввязываться в дела подобного сорта только через подставных лиц.
Да, услуги такого рода, вероятно, кусаются Г но для чего же деньги в конце концов? Вот подходящий случай напомнить себе, что он вел в общем-то экономную жизнь и сумел отложить известную сумму на черный день.
Сенатор сделал ход ладьей, и этот ход выглядел умным, тонким ходом, так что он оставил ладью на новом поле.
Разумеется, после нелегального продления жизни ему придется скрыться. Как бы ни хотелось бросить свой триумф в лицо боссам, об этом нечего и мечтать. Нельзя допустить, чтобы хоть кто-нибудь вздумал поинтересоваться, каким же образом он добился продления. Ему придется раствориться в толпе, стать невидимкой, поселиться в каком-нибудь глухом углу и постараться не привлекать к себе внимания.
Надо повидаться с Нортоном. Если вам позарез необходимо провернуть какое-то дельце, надо повидаться с Нортоном. Обеспечить тайну делового свидания, убрать кого-то с дороги, получить концессию на Венере или зафрахтовать космический корабль Г Нортон возьмется за все. И выполнит любое поручение шито-крыто и без лишних вопросов. При одном условии Г если у вас есть деньги. Если денег нет, обращаться к Нортону Г пустая трата времени.


Мягко ступая, в комнату вошел Отто.
Г К вам джентльмен, сэр, Г произнес он.
Сенатор вздрогнул и окаменел в кресле.
Г Какого черта ты шпионишь за мной? Г заорал он. Г Вечно подкрадываешься, как кошка. Норовишь испугать меня. С нынешнего дня изволь сначала покашлять, или зацепиться за стул, или что хочешь, но чтобы я знал, что ты тут.
Г Извините, сэр, Г ответил Отто. Г К вам джентльмен. И у вас на столе письма, которые надо прочесть.
Г Прочту позже, Г отрезал сенатор.
Г Не позабудьте это сделать, сэр. Г Отто был непреклонен.
Г Я никогда ничего не забываю. Ты что думаешь, я окончательно одряхлел, что мне нужно обо всем напоминать таким манером?
Г Вас хочет видеть джентльмен, Г повторил Отто терпеливо. Г Некий мистер Ли,
Г Случайно не Энсон Ли?
Отто шумно засопел, потом ответил:
Г Кажется, так. Он газетчик, сэр.
Г Проси его сюда, Г распорядился сенатор.
Флегматично утонув в кресле, он подумал: №Ли что-то пронюхал. Каким-то образом он проведал, что организация вышвырнула меня за борт. И вот пожаловал, чтобы четвертовать меня.
Ну нет, Г поправился сенатор тут же, Г он мог заподозрить что-то, но не более. Мог подцепить слушок, но уверенности ему взять негде. Организация будет держать язык за зубами, она вынуждена держать язык за зубами Г не может же она открыто признать, что продление жизни тоже стало предметом политического расчета! И вот Ли, подцепив слушок, явился ко мне, чтобы выжать из меня правду, взять меня на испуг и поймать на неосторожном слове.
А я ему этого не позволю, Г решил сенатор. Ведь если правда выплывет наружу, вся стая окажется тут как тут и растерзает меня в клочья¤.
Как только Ли появился на пороге, сенатор поднялся и пожал ему руку.
Г Извините за беспокойство, сенатор,Г сказал Ли, Г но я надеялся, что вы не откажетесь мне помочь.
Г Ну, о чем речь! Г дружелюбно откликнулся сенатор. Г Для вас Г что угодно. Присаживайтесь, мистер Ли.
Г Вы читали мою статью в утреннем выпуске? Г осведомился Ли. Г Об исчезновении доктора Карсона?
Г Нет, Г ответил сенатор. Г Боюсь, что...
Он запнулся, ошеломленный.
Он не прочел газету!
Он забыл ее прочесть!
Он читал ее всегда. Он не пропускал ни одного номера. Это был торжественный ритуал Г начать с самого начала и дочитать до конца, исключая лишь те рубрики, которые, как он убедился годы назад, и читать-то не стоит.
Он развернул газету в институте, потом его отвлекла секретарша, оповестившая, что доктор Смит согласен его принять. А выйдя из кабинета, он так и оставил газету в приемной.
Случилось нечто ужасное. Ни одна новость, ни одно событие в целом свете не могли бы расстроить его в такой степени, как тот злополучный факт, что он забыл прочесть газету.
Г Боюсь, что я пропустил вашу статью, Г промямлил сенатор. Он был попросту не в силах признать во всеуслышание, что забыл прочесть газету.
Г Доктор Карсон, Г сказал Ли, Г был биохимик, и довольно известный. Согласно официальной версии, он умер лет десять назад в Испании, в маленькой деревушке, где провел последние годы жизни. Но у меня есть основания думать, что он вовсе не умирал и, вполне возможно, жив-живехонек до сих пор...
Г Прячется? Г предположил сенатор.
Г Не исключено. Хотя, с другой стороны, зачем ему прятаться? Репутация у него была безупречная.
Г Тогда почему вы сомневаетесь, что он умер?
Г Потому что нет свидетельства о смерти. И он далеко не единственный, кто ухитрился умереть без свидетельства.
Г Мм? Г отозвался сенатор.
Г Гэллоуэй, антрополог, скончался пять лет назад. Свидетельства нет. Гендерсон, знаток сельского хозяйства, умер шесть лет назад. Свидетельства опять-таки нет. Могу перечислить еще добрую дюжину подобных случаев Г и, вероятно, есть множество других, до которых я не докопался.
Г А есть между ними что-нибудь общее? Г осведомился сенатор. Г Что-то связывало их между собой?
Г Одно-единственное. Всем им продлевали жизнь, хотя бы однажды.
Г Вот оно что, Г отозвался сенатор. Чтобы руки не выдали предательской дрожи, он сжал подлокотники до боли в пальцах. Г Интересно. Весьма интересно.
Г Понимаю, что как должностное лицо вы не вправе мне ничего сообщить, но не могли бы вы поделиться со мной какой-нибудь догадкой, соображениями не для протокола? Естественно, вы не разрешите мне сослаться на вас, но дайте мне ключ, помогите хотя бы намеком...
Он замолк, выжидая ответа.
Г Вы обратились ко мне потому, что я был близок н Институту продления жизни? Г спросил сенатор.
Ли ответил кивком.
Г Если об этом хоть кому-то что-то известно, то в первую очередь вам, сенатор. Вы возглавляли комиссию, где велись первоначальные слушания о продлении жизни. С тех пор вы занимали различные посты, связанные с той же проблемой. Только сегодня утром вы были у доктора Смита.
Г Ничего я вам не скажу, Г пробормотал сенатор. Г Да я ничего толком и не знаю. Тут, понимаете, замешаны политические интересы...
Г А я-то надеялся, что вы поможете мне.
Г Не могу, Г признался сенатор. Г Вы, конечно, ни за что не поверите, но мне и вправду ничего не известно. Г Помолчав немного, он опросил. Г Вы говорите, что всем, кого вы упомянули, продлевали жизнь. Разумеется, вы проверяли Г возобновлялись ли ходатайства о продлении?
Г Проверял. Не возобновлялись ни для кого по крайней мере это нигде не зафиксировано. Некоторые из них приближались к своему смертному часу и действительно могли к настоящему времени умереть, только я очень сомневаюсь, что смерть настигла их там и тогда, где и когда это якобы произошло.
Г Интересно, Г повторил сенатор. Г И, несомненно, весьма таинственно.
Ли, намеренно меняя тему, показал на шахматную доску.
Г Вы хорошо играете, сенатор?
Сенатор покачал головой.
Г Игра мне нравится, вот и балуюсь иногда. Она привлекает меня своей логикой и своей этикой. Играя в шахматы, вы волей-неволей становитесь джентльменом. Вы соблюдаете определенные правила поведения.
Г Как и в жизни, сенатор?
Г Как должно бы быть и в жизни. Когда положение безнадежно, вы сдаетесь. Вы не заставляете противника играть до унизительного для вас обоих конца. Так требует этика. Когда вы видите, что выигрыша нет, но и резервы защиты не исчерпаны, вы продолжаете бороться за ничью. Так требует логика.
Ли засмеялся, пожалуй, чуть-чуть натянуто.
Г Вы и в жизни придерживаетесь таких же правил, сенатор?
Г Стараюсь по мере сил, Г ответил сенатор с напускным смирением.
Страница 1 из 3 | Следующая страница
 

Главная страница | Регистрация | Добавить новость | Новое на сайте | Статистика Copyright © 1998 - 2010. Bestseller All Rights Reserved